Меню Закрыть

Все просто

Все просто

Статус Проекта: Завершенные

Цель Проекта:

Подготовка будущих кураторов и равных консультантов – молодых людей, живущих с ВИЧ, формирование команды лидеров, способных понимать проблематику ВИЧ-инфекции и оказывать психологическую и информационную поддержку подросткам своего региона.

Целевые группы: Волонтеры студенты школьники, Дети, Женщины, Подростки

Георграфия Проекта: Иркутск, Екатеринбург, Тюмень, Самара, Тольятти, Нижний Новгород, Ростов, Ульяновск, Казань, Чистополь, Зеленодольск, Альметьевск, Набережные Челны, Рыбная Слобода

Период реализации: 17-23 августа 2020 года

Кто финансирует: ООО «Гилеад Сайенсиз Раша»

Описание проекта:

Фонд Светланы Изамбаевой провел пятую программу личностного роста «Всё просто!», для детей, рожденных с ВИЧ

17-23 августа 2020 года Фонд Светланы Изамбаевой при поддержке биофармацевтической компании Gilead Sciences провёл пятую информационно-адаптационную программу личностного роста «#Всёпросто!» для детей, рожденных с диагнозом ВИЧ. Проект был реализован на базе отдыха в республике Марий Эл. Программа призвана помочь детям и подросткам принять себя с ВИЧ-инфекцией, научиться жить с диагнозом, преодолеть трудности с социальной адаптацией, сформировать здоровье сберегающее поведение и мотивацию к лечению. 36 подростков от 12 до 18 лет с ВИЧ-инфекцией из 15 городов России стали участниками образовательного слёта. Участники приехали из городов Иркутск, Екатеринбург, Тюмень, Самара, Тольятти, Нижний Новгород, Ростов, Ульяновск, Казань, Чистополь, Зеленодольск, Альметьевск, Набережные Челны, Рыбная Слобода. 20 родителей и специалистов поддерживали подростков, прививая им навыки ведения здорового образа жизни и безопасного общения с различными социальными группами людей.

Фонд Светланы Изамбаевой разработал программу для ВИЧ-положительных детей, основой которой является подход «равный-равному». Высокая эффективность данного подхода признан экспертами ВОЗ и Методическими рекомендациями МР 3.1.0087-14 «Профилактика заражения ВИЧ» (утв. Главным государственным санитарным врачом РФ 18 марта 2014 г.). На слете тренера помогали подросткам разобраться с тем, что такое ВИЧ и как он влияет на организм, как жить со статусом, как важны терапия и забота о своем здоровье.

«Узнав о том, что у меня ВИЧ инфекция, я закрылась, испытала много стыда и страха отвержения. Все было очень сложно! Я организовала группы поддержки для взрослых, стала изучать много информации о своей болезни и это мне помогало жить и развиваться, а через несколько лет я создала фонд помощи людям, живущим с ВИЧ.  Идея слета возникла благодаря подростку с ВИЧ, который она озвучила мне на группе поддержки», — Изамбаева Светлана Ростиславовна, председатель Некоммерческого благотворительного Фонда Светланы Изамбаевой.

Отзывы участников слета:

Полина 18 лет

Эти слёты помогают мне познакомиться с новыми людьми, найти друзей. Мне придётся уехать чуть раньше, и немного обидно, потому что хочется подольше побыть с теми, с кем ждала встречи почти год. В этот раз мне понравились квесты, которые придумали Света и Катя, понравилось место, которое они выбрали для слёта.

После этих встреч я всегда чувствую себя воодушевлённой и вдохновлённой, на сердце всегда тепло после этих встреч.

Не могу сказать, что меня особо грузит мой статус, но приходится врать друзьям, если я принимаю таблетки не дома. Или, когда надо ехать в СПИД-центр сдавать кровь, тоже что-то придумывать, и это угнетает слегка. О том, что я живу с ВИЧ, знают только мама, тётя и одна близкая подруга. Так что ВИЧ для меня — это скрытность. Я несколько раз пыталась с друзьями потихоньку заводить разговор на эту тему, намёками, но, судя по реакции, понимала, что не стоит открываться.

Я хотела бы вести группы поддержки для ВИЧ-положительных детей в своём городе, но, боюсь, у меня не хватит нервов: когда кто-то начинает плакать, я не понимаю, как действовать, теряюсь и думаю, не выдержу такой стресс.

Всё началось с папы, он заразился и маме не сказал. Он всю жизнь прожил ВИЧ-диссидентом, не признавал, что есть такое заболевание, отрицал возможность лечения и не хотел пить таблетки. Потом родители развелись, и мама внезапно серьёзно заболела, она сдала кровь и узнала, что у неё ВИЧ и не могла понять: откуда он, почему отец не сказал? После неё я сдала кровь на анализ, и у меня подтвердился диагноз. Мама очень тяжело переживает, в том числе и за меня, хотя я не так чтобы сильно расстроилась из-за ВИЧ.

Я вижу, что здесь все по-разному воспринимают свой диагноз: тут есть лёгкие, общительные мальчишки и девчонки, а есть замкнутые, которым сложно примириться или не с кем поговорить, или они так сильно переживают, что не могут поделиться.

Кирилл 21 год

На слёт я попал случайно: если бы я не написал Екатерине Степановой, то не узнал бы про Светлану Изамбаеву, её фонд и школу для детей и подростков, то меня бы здесь не было. Я на сто процентов был уверен, что мне надо попасть сюда, потому что я недавно только узнал о том, что у меня ВИЧ-инфекция. И я безумно рад, что попал сюда, увидел других, таких же, как я, потому что всё это для меня ново и неизвестно.

Самое главное моё ощущение от осознания того, что я болен ВИЧ — то, что меня никто не полюбит, и я никого не смогу полюбить. Сейчас, после разных событий на слётё, мне стало легче, но это ощущение ещё живо.

Когда я только узнал о своём статусе, мне захотелось сфотографировать пробирки с моей кровью, пришла мысль: вот, так выглядит моя заражённая кровь. И мне захотелось этот момент оставить себе на память, а сестра, которая брала у меня кровь, она как-то их к себе прижала и не хотела мне их отдавать. В итоге, она разрешила мне их сфотографировать, но посмеялась над моей просьбой.

Мою маму можно отнести к ВИЧ-диссидентам, потому что она до сих пор думает, что у меня ничего нет. Она потребовала, чтобы я сделал повторный анализ на ВИЧ, потому что она считала, что врачи ошиблись или что-то другое там произошло. Ей проще думать, что у меня всё нормально. Когда я сообщил ей, она полезла читать медицинскую литературу, потому что до этого случая в нашей семье о ВИЧ никто ничего не знал.

Отец пытался разобраться, когда и в какой промежуток времени и каким образом я мог получить ВИЧ, но к тому, что я пью таблетки, он спокойно относится. А вот мама резко против, она у меня отбирала их, говорила, что это отрава, что пить их нельзя. А сейчас она меня контролирует, проверяет: ну что, выпил свой яд?

Раньше я сдавал кровь, был донором. И вот в этом году у меня в крови обнаружили вирус, они позвонили маме, но ничего не сказали ей, а попросили меня к телефону, но даже мне не сообщили, а пригласили на беседу. И уже на встрече рассказали, что я заражён.

Был случай: моя сестра иногда пользовалась моим бритвенным станком. Когда стало известно про мой диагноз, она перепугалась, обзывалась на меня, но на следующий день извинилась. Так что мы особо не поднимаем эту тему в разговорах, как будто никакого ВИЧ нет.

 

Даниил 17 лет

Это слёт подарил мне новый опыт в работе с детьми, в организации и ведении групп поддержки, я научился разрешать конфликты, которые обязательно возникают во время общения, как выходить из конфликтов правильно, чтобы не оставалось осадка. Научился ставить границы, это очень важно в общении. Получил новые навыки в работе с детьми, здесь прошли две эмоциональные встречи, мы с ребятами учились говорить про ВИЧ, про свой диагноз, о том, как можно открыть его для друзей или родных, о чувствах, которые это вызывает. Это были дни, наполненные эмоциями.

Когда я слышу слово «ВИЧ», то понимаю, что это прежде всего — боль. Но думаю, что это и зона роста для человека, который сумеет свой диагноз принять. И получается, что у меня есть силы для того, чтобы помочь такому человеку, могу принять этого человека, и мне думается, что так я делаю свой вклад в жизнь общества. Я заметил, что, когда у человека ВИЧ с детства, они как-то проще относятся к диагнозу, это становится частью идентичности, а люди, которые «приобрели» ВИЧ, погружаются в депрессию, закрываются, с возрастом это сложнее принять из-за социального давления.

Находясь здесь, понял, что мне нравится общаться с детьми, организовывать работу слёта, вести группы поддержки, пробовать что-то новое в сфере работы с людьми.

Саша 18 лет

Я не впервые на слёте, но только в этот раз Света и Катя придумали группы поддержки, и это мне понравилось больше всего, я бы хотела в будущем вести такие группы сама. Я смотрела, как ребята ведут их, это меня заинтересовало. Я получила новые знания: казалось бы, я тут уже была, и нам рассказывали про вирус и терапию, про таблетки, но узнала много нового. И я загорелась желанием, чтобы на следующий слёт приехать не как участник, а как вожатый, тренер, чтобы вести квесты, группы поддержки.

Моя мама умерла, это от неё мне вирус передался, с самого детства. В семье, кроме дяди и бабушки, никто не знает, так что поговорить про мои переживания особо не с кем. Я долгое время не хотела пить таблетки, хотя мне надо было начать терапию ещё много лет назад. Только после знакомства со Светой Изамбаевой и первого слёта я поняла, что надо о себе заботиться, и начала принимать таблетки.

Я в этом году закончила колледж с красным дипломом и поступила в строительный институт, в итоге стану кадастровым инженером. Это не совсем то, чего я хотела бы, потому что моя мечта — работать кинологом. Это очень печально, что людей с ВИЧ не берут в МВД, так что ничего не получится.

Я вижу, что дети, которые собрались здесь, по-разному реагируют на ВИЧ: кто-то спокойно живёт с ним, а кто-то боится даже разговаривать об этом.

Лёня 13 лет

Про ВИЧ я не думаю, я просто человек, живу и всё. Мы в семье об этом не говорим, несколько друзей об этом знают, но в отношении ничего не изменилось, общаемся как раньше.

Мне тут нравится: познакомился с ребятами, мы подружились. Ещё приятно, что я не один такой, который пьёт таблетки. Мне нравятся игры и квесты, хотя иногда скучно, когда одно и то же про ВИЧ несколько раз повторяют. Хотя понимаю, что так и надо: говорить об этом, повторять.

 

 

Денис 16 лет

Благодаря слёту я больше узнал про свой диагноз, про ВИЧ, стал лучше понимать таких людей, как Света Изамбаева, начал работать волонтёром на подобных мероприятиях и помогать другим детям: информацией, беседами, играми. Помню, один мальчик написал на листочке страх: я боюсь заразить других. Я его спросил: как ты можешь заразить других? Он отвечает: ну, мы можем с кем-нибудь во дворе подраться, я ему разобью губу, например, и заражу. И я начал объяснять, что так никого ВИЧ не заразишь, бояться нечего.

Я ходил в школы, объяснял там другим детям и подросткам, что такое ВИЧ и чем он опасен. Что он не передаётся воздушно-капельным путём и через рукопожатие.

Мне кажется, что люди с ВИЧ — такая нация. Есть же другие национальности: чуваши, татары, вот и мы — просто люди, немного иные, но в целом не отличаемся, просто принимаем таблетки.

Моя девушка знает, что у меня ВИЧ, и нормально относится, я стараюсь её вовлекать в волонтёрскую деятельность, чтобы мы вместе развивались и помогали детям. Недавно признался другу своему, но он закрыл тему и не захотел общаться. Я хотел выступить с лекцией про ВИЧ в нашей школе, но мама отговорила меня, она сказала, что нам тогда придётся переехать, потому что другие люди не поймут и у нас могут быть проблемы, что от нас все отвернутся.

Я очень хочу стать зубным техником, но боюсь, меня не возьмут с диагнозом, ведь всегда есть вероятность, что я поранюсь и кровь попадёт в человека. Запрета на работу зубным врачом вроде нет, но людям с ВИЧ работать в этой сфере «не рекомендовано».

Сева 15 лет

Слёт изменил мой взгляд на заболевание. Раньше я относился к ВИЧ по-другому, но благодаря информации, полученной здесь, я стал грамотнее и спокойней. Атмосфера и происходящее на слёте научили меня, как работать в команде, здесь я получил небывалый опыт и познакомился с ребятами из разных городов. Я здесь впервые, и до своего приезда на слёт я читал в Интернете про фонд Светланы Изамбаевой, о проделанной фондом работе, что Света и её команда показывают людям, живущим с ВИЧ и без него, что вместе можно добиться большего. Что ВИЧ не так страшен. Что людям с ВИЧ необходимо помогать.

Я бы хотел сообщить друзьям о статусе, но понимаю, что у этого могут быть негативные последствия, причём скорее у мамы с папой, а не у меня, поэтому мой ВИЧ-статус известен только членам семьи, но это единственные люди, кому я могу доверять, с которыми мы обсуждаем ВИЧ и изучаем ситуацию с возможным лечением, информацию о новых лекарствах.

Как-то увидели друзья, что я пью таблетки, это часто такая ситуация возникает, другие рассказывали на группе поддержки, и пришлось врать, что это — витамины, потому что неизвестно, как это воспримут друзья, есть такой страх, что могут бросить, отказаться, загнобить.

Когда я слышу слово «ВИЧ», то понимаю, что у него много оттенков: злоба и горечь, усталость и страх, но в то же время — радость, волнение и надежду, потому что в моей жизни есть те, кто поддерживает и любит, несмотря ни на что.

Я — патриот, и очень хочу в армию. Но из-за ВИЧ это невозможно, просто потому что у армии собственный бюджет, и таблетки для солдат не предусмотрены. Потом, опять же, даже если бы взяли в армию, это надо ездить домой на учет, получать терапию. Словом, им проще отказать, чем мучиться с такими, как мы. В итоге, я думаю, что пойду работать психологом. Хочется быть полезным, стану волонтером, потому что людям [живущим с ВИЧ] нужна поддержка, и чем правильнее ты будешь доносить до них информацию, тем проще им будет жить с вирусом.

Виктория 16 лет

Я не болею ВИЧ, я приехала сюда за помощью, потому что у меня умерла мама от СПИДа, и во время слёта мне стало легче. Я много узнала про вирус и то, как он передаётся, и мне помогли беседы с психологом, но я так и не поняла, почему мама не лечилась. Почему всё так закончилось… Мама часто ругалась с бабушкой, и я не понимала причин этих ссор. Лишь только после того, как мама умерла, я узнала, что мама отказывалась пить таблетки.

Мой опекун тоже живёт с ВИЧ, и я понимаю, что все люди равны, есть у них вирус в крови или нет. Даже если в будущем мой молодой человек будет с ВИЧ, я не отвернусь от него.

Я смотрю на детей, которые приехали сюда, и вижу, что они более жизнерадостные, они ценят жизнь, ответственные, потому что заботятся о своём здоровье.

Я, когда вырасту, хотела бы работать, как Светлана, заниматься с детьми, но я хотела бы помогать детям, от которых отказались родители.

Люба 12 лет

До слёта у меня не было друзей, которые могли бы поддержать. А сейчас, когда я приехала сюда, я попала в хорошую компанию и научилась выражать свои эмоции.

Я пью таблетки уже шесть лет, а о своём статусе узнала три года назад. Про ВИЧ мы в семье не говорим, только бабушка меня контролирует, проверяет, чтобы я не пропускала приём таблеток. А так никто не знает про мой статус, незачем, я считаю.

Когда вырасту, я хочу стать педиатром, мне всегда хотелось стать врачом. Или стоматологом, мне кажется, это интересная профессия.

Я говорила Светлане, что хотела бы открыть свой ВИЧ-статус, но она советовала не спешить, так что я хочу начать рассказывать про ВИЧ в Инстаграме, но без лица. А ещё я могу стать волонтёром и рассказывать другим детям о ВИЧ, не раскрывая свой статус.

Амина 14 лет

Мне кажется, что благодаря слёту я стала смелее, и, если я захочу рассказать друзьям или близким о своём диагнозе, то смогу это сделать грамотно.

Слово «ВИЧ» не вызывает у меня каких-то негативных эмоций, даже можно сказать, что я чувствую тепло. О ВИЧ я узнала недавно, в апреле прошлого года я начала пить таблетки, и мама рассказала, зачем. В нашей семье болею только я, и это случилось из-за халатности врачей, которые во время операции перелили мне заражённую кровь. Поэтому я в семье самая особенная.

Родители очень переживают за меня, особенно, чтобы никто не узнал, что я у меня ВИЧ, чтобы от меня не отвернулись друзья или чтобы меня не травили в школе. Родилась я в Узбекистане, именно там меня и заразили. Потом мы переехали в Россию, и здесь выяснилось, что я получила ВИЧ.

Я хотела бы стать стюардессой, но туда берут высоких девушек, а я — маленькая. А недавно я хотела подработать в Макдональдс, но испугалась, что там будет медосмотр, и меня не возьмут.

Мне кажется, что про ВИЧ необходимо говорить в школах, рассказывать о том, что ВИЧ-положительные не опасны.

Карина 14 лет

Во время слёта я поняла, что, каким бы ни был человек, он всегда тебя поддержит. Это слёт дал много возможностей и информации новой, я поняла главное: нет различия, со статусом ты или без. Я сильно воодушевилась.

Первое, что приходит на ум, когда слышу «ВИЧ» — активизма, я понимаю это как движение, противодействие болезни. Вместе с этим чувствуется какая-то боль, и сразу же — улыбка, радость, это не цельная эмоция, многое намешано.

В семье мы не говорим о ВИЧ, только с мамой, она — мой лучший друг. Мы обсуждаем, что важна терапия, можем пошутить про болезнь. Она очень переживает, что, если кто-то узнает про мой статус, начнётся травля, я эмоционально буду подавлена, но и я переживаю за маму, слежу за тем, чтобы она принимала таблетки. А она следит, чтобы я не пропускала приём лекарств, так и ходим друг за дружкой!

Я хотела бы стать медиком, но с ВИЧ это сложно. Но надеюсь, что в ближайшее время это изменится.

Думаю, если бы Света попала в правительство России, то весь мир был бы уже осведомлён о проблеме с ВИЧ по полной программе. Увы, у властей нет желания углубляться в эту тему. Потому что важно показывать, что есть такие люди как мы, мы ничем не отличаемся, убрать стигму.

Эля 17 лет

До слёта мне казалось, что у меня никогда не будет настоящих друзей, что я никогда не смогу ни с кем искренне общаться, останусь замкнутой и нелюдимой. После слёта я понимаю, что проблема не во мне, а в окружении. Кроме того, мне казалось, что я много чего знала про ВИЧ, а в итоге узнала много полезного, потому что мои знания оказались поверхностными, а Света с Катей серьезно погрузились в тему и помогли нам многое понять.

От слова «ВИЧ» я испытываю грусть, и у меня не самые хорошие ассоциации идут, потому что моя мама живёт с вирусом, но она отказывается пить таблетки. Я знаю, что рано или поздно перерастает в СПИД, и я переживаю за неё. Она никого не хочет слушать, она в глубокой депрессии, и это больно осознавать.

Приложение 4:

Отзыв от специалиста.

День 1.  Заезд. Знакомство. Принятие групповых соглашений.

Знакомство началось с разминки, далее подросткам и сопровождающим было дано задание написать на листке А4: «Имя», «Что я лучше всех делаю?», «Чем я отличаюсь от других?».

И каждый подросток в кругу по очереди рассказал нам ответы на эти вопросы.

 

Далее на флип-чарте мы, тренеры, написали правила слета – которые были согласованы со всеми участниками и каждый из них подошел и подписал, что согласен с этими правилами слета.

День 2. Что для меня ВИЧ?

Очень глубокий день. Изначально мы поделили детей на команды. Мы привезли толстовки с логотипом #ВСЁПРОСТО разного цвета +сумки. У нас получилось 5 команд и далее, до конца слета все подростки работали и индивидуально, и в командах, зарабатывая баллы. Проговорили правила слета и прописали все ожидания участников.

В обеденный перерыв подростки и сопровождающие записались на занятия к разным психологам, которые до этого представились и рассказали о себе и какими техниками владеют.

 

Всем командам было дано задание ответить на вопрос: «Что вы чувствуете, когда слышите слово ВИЧ?». Когда дети отвечали на этот вопрос – от некоторых ответов у меня были мурашки, насколько глубоко и по-взрослому дети всё чувствуют. Подростки представили разные уровни принятия диагноза: от стадии шока и отрицания «Почему Я?» до интеграции и принятия. Упражнение позволило выявить разную степень понимания и осознавания темы ВИЧ.  Данное упражнение дианогостично и его провели одно на входе во второй день после знакомства и второе на выходе в последний завершающий день. Все плакаты с ответами детей сфотографированы, они во вложении.

Вечер завершили группой поддержки, где подростки продолжили тему первой стадии принятия диагноза, что я чувствовал, когда узнал о том, что у меня ВИЧ. Далее ребята продолжали знакомится и играть в команд образующую игрой «Мафия». Я была и ведущей и участником. Интересно наблюдать за подростками и выявлять, как они вычисляют мафию, какими фактами оперируют. Эта игра помогает развить коммуникативные навыки, умение читать по лицам и выявлять, кто говорит правду, кто ложь.

День 3. Чувства. Стигма. Дискриминация. Просто об иммунитете. Игра на команд образование «Активизм»

Вместе с психологами рассказали теоритический блок о чувствах и эмоциях их различиях и показали в сценке различия между словами «стигма» и «дискриминация». Работа в группах с подростками. Они написали, что для них эти слова, в чем их различия. Вместе с подростками проработали в командах различия этих слов.

Провели упражнение «Дерево стигмы» — по окончании этого упражнения подростки поняли, что стигма и дискриминация в большинстве от не информированности, незнания о ВИЧ. В конце дня сожгли в большом костре все негативные чувства и эмоции, которые вызывают стигма и дискриминация и оставили только хорошее, когда стало понятно, что если все будут знать, что такое ВИЧ, то в мире будет больше добра, любви, понимания и т.д.

День 4. Арт-терапия. ВИЧ внутри клетки. Игра «Мафия».

С подростками в группах провели арт-терапию. Упражнение нарисовать первый рисунок – Какой я для других людей? Какой я снаружи человек?

И второй рисунок ответ на вопрос – Какой я внутри? Что спрятано под моим Я?

Результаты упражнения были очень глубокие и интересные, каждый ребенок раскрылся и рассказал о своих страхах, тревогах, местах и т.д.

Вместе со Степановой Катей провели упражнение «ВИЧ внутри клетки» с помощью игрушек, машинок и конструктора подростки наглядно поняли основные понятия «ВИЧ внутри клетки»: обратная транскриптаза, интеграза, протеаза, ингибиторы. Закрепили все полученные знания в квесте. Для квеста мы с тренерами разработали следующие станции:

1 станция: СПИД не спит – проверка знаний детей отличий терминов ВИЧ и СПИД, что приводит к ВИЧ, что приводит к СПИД.

2 станция: Особенности ВИЧ – проверка знаний детей на особенности этого заболевания, от других. Поняли, что в этот блок в следующий раз можно добавить юридические знания.

3 станция: История ВИЧ – проверка знаний детей на открытие вируса, кто из великих болел этим заболеванием и умер от СПИД, что означает красная ленточка. Многие дети, как выяснилось, не владеют этой информацией. Взяли на заметку – чтобы в будущем давать детям полнее информацию об этом.

4 станция: счетная палата – проверили знания детей на то, понимают ли они что такое ВН и ИС и какие у них показатели. Оказалось, что большая часть детей этого не знала. В медицинском блоке на следующий день эту информацию предоставили.

День 5. Основы консультирования. Группы взаимопомощи. Игра на командообразование «Крокодил».

Дали детям информацию, как создавать группы взаимопомощи, кто такой фасилитатор группы взаимопомощи, его обязанности, правила ведения группы и т.д. Дети, после теории, под нашим присмотром провели группу поддержку самостоятельно.

Вечером была проведена игра на командообразование – крокодил. С помощью пантомим, слов и рисунков дети учились объяснять слова, чтобы их угадывали другие подростки.

День 6. Приверженность. Как принимать препараты вовремя. Театр. Пути передачи ВИЧ. Дискордантные пары. Прощальный вечер.

Очень насыщенный был день. Подросткам был дан большой блок медицинской информации о лечении/препаратах/побочке/приверженности. Далее было задание каждому подростку сделать свою маску и вечером у нас был театр – каждый ребенок выходил в маске отвечал на вопросы: «От чего тебя скрывает твоя маска?», «Для чего ты в этом мире маска?», «Готов(а) ли ты снять маску?».  Ответы подростков были очень глубокие, емкие, и передавали много накопленных скрытых эмоций, которые удалось открыть и потом даже поработать с некоторыми подростками в индивидуальном порядке!

День 7. Прощальный вечер – это костер, мы все, 55 человек, вокруг костра, дающие друг другу обратную связь, делящиеся впечатлениями и мечтающими увидеться в следующем году.